Николай Гумилев

Шестое Чувство

Прекрасно в нас влюбленное вино

И добрый хлеб, что в печь для нас садится,

И женщина, которою дано,

Сперва измучившись, нам насладиться.

Но что нам делать с розовой зарей

Над холодеющими небесами,

Где тишина и неземной покой,

Что делать нам с бессмертными стихами?

Ни съесть, ни выпить, ни поцеловать.

Мгновение бежит неудержимо,

И мы ломаем руки, но опять

Осуждены идти всё мимо, мимо.

Как мальчик, игры позабыв свои,

Следит порой за девичьим купаньем

И, ничего не зная о любви,

Все ж мучится таинственным желаньем;

Как некогда в разросшихся хвощах

Ревела от сознания бессилья

Тварь скользкая, почуя на плечах

Еще не появившиеся крылья;

Так век за веком - скоро ли, Господь? -

Под скальпелем природы и искусства

Кричит наш дух, изнемогает плоть,

Рождая орган для шестого чувства.

Nikolai Gumilev

Translated by Natasha Gotskaya © 2008

The Sixth Sense

They’re marvelous – a lively sparkling wine,

That falls in love with you, a loaf of bread, the freshest,

A woman that is destined and designed,

After tormenting you, to fill you up with pleasures.

But what to do with clear light of dawn,

When sky's, like heaven, peaceful, deep and solemn?

And what to do with words that have been born

To stay forever – with immortal poem?

We cannot drink it, cannot eat or kiss.

The moment slips, unstoppable as breathing.

We’re wringing hands, but we’re condemned to miss -

We’re so close, but keep missing, missing…

We’re like a boy, who suddenly forgets

His game when seeing maidens bath in river.

He does not have a clue for love – not yet,

But some unknown longing makes him shiver.

We’re like an ugly prehistoric being,

A reptile shaking ferns with helpless groan,

Foreboding painfully its nonexistent wings -

Millenniums before wings grow.

Age after age – Oh, Lord, how much remains? –

With Arts and Nature – two merciless surgeons,

The spirit cries, the flesh nearly breaks

While giving birth to it - the Sixth Sense Organ.